Почему гештальт-терапевт нередко перемещает фокус внимания с содержания проблемы и описания её деталей на то, что происходит между терапевтом и клиентом, и задаёт вопросы:

Клиенты (и мы в роли клиента — не исключение) обычно стремятся во всех деталях рассказать терапевту свою историю или описать проблему: им кажется, что именно тогда мозаика сложится, терапевт увидит полную картину, поймёт и подскажет, как надо поступить.

Но рассказывать всё-всё бесполезно и даже вредно: теряется время, его не хватает ни на что, кроме рассказа и слушания.

Иногда потребность клиента действительно только в том, чтобы быть безоценочно выслушанным.

Однако обычно клиент хочет какого-то отклика, реакции, мнения, на которые тоже как-то реагирует, но на рассмотрение этих важных вещей не останется времени, если всю сессию посвятить подробному рассказу о проблеме.

То, как клиент справляется со своими потребностями, как контактирует со средой, чтобы удовлетворить их, — всё это можно проследить на примере того, как он контактирует с терапевтом.

Отношения с терапевтом — это маленькая модель того, как клиент строит отношения с другими людьми, и свои паттерны он обычно воспроизводит не только в жизни, но и в терапии.

Например, клиент приходит работать над проблемой ответственности: не может определить границы своей ответственности в близких или деловых отношениях, берёт больше или меньше ответственности, чем ему нужно.

Эта же проблема будет воспроизводиться и в его отношениях с терапевтом: клиент будет пытаться переложить на терапевта всю ответственность за своё продвижение в терапии или, наоборот, не замечать, не признавать ответственности терапевта и т. п.

И если проследить и решить эту проблему на примере клиент-терапевтических отношений, то клиент научится решать проблему ответственности и в других своих отношениях.

Итак, мозаика проблемы обычно складывается из паттернов — повторяющихся элементов орнамента.

И тот фрагмент узора, который повторяется, обычно хорошо виден на малом отрезке общения.